ПРИВАЛ.

 

Ничейная Земля,

Немеченный простор,

Но каждою из пор

Я чувствую,- пылят

Здесь сушь и пустота

И немота,

Не та,

Что линь на миг у рта

Дрожит в кипящий спор,-

Без колосков поля,

Моря,- без корабля,

Мгновения велят,

Выносят приговор,-

Ни троп, ни крыс, ни нор

Размышления. Перевод с Лингва Ратта (крысиного).

***

По пустой земле, земле незаселенной, мимо бурых куртинок спинифекса пылят, скрипят большие колеса фургонов, медленно, не торопясь ступают широкие копыта волов, семенят овцы, шагают лошади.

-Видели бы все это безземельные крестьяне Йоркшира! Сколько земли, и вся ничья! Неужели ее так никогда и не распахают?

Дожзеф Грант, прикомандированный к эспедиции от Королевского Общества географ и картограф, восхищенно оглядывает бескрайние просторы чуть холмистой степи.

-Думаю, никогда

-Почему, Чарли?

-Вода, Джо, вода Для пашни мало одних просторов.

-Так что, все это богатство так и будет в вечном запустении?

-Ну зачем в вечном. Овцы! Для них эти степи вполне подходят.

-Ну овец и в Англии хватает!

Стерт немного придержал лошадь:

-Знаешь, парень, иногда мне кажется,что если бы господа Судейские высылали бы в Австралию овец, вместо каторжников, то в Англии стало бы меньше и тех и других.

-Почему?

-Здесь, на юге,- очень много трав, и овцам не пришлось бы есть арендаторов.

-Почему бы тебе не предложить это Палате Общин?

-Иметь дело с политиками? Уволь, Джо, каторжники порядочней и безопасней!

-Но разве овцам не нужна вода?

-Гораздо меньше, чем пшенице! Кстати, о воде,- и Стерт повернулся к фургону,- Эй, бой, хватит дрыхнуть!

Пересмешник встрепенулся, соскочил с передка фургона, подбежал к хозяину:

-Я здесь, сэр.

-Беги вперед, пригляди местечко для привала. Да гляди, мошенник, чтоб и водопой был и травы побольше. И не вздумай прохлаждаться, а не то я очень сильно рассержусь!

-Слушаюсь, сэр!- улыбнулся мальчишка, и понесся вперед в размереном, чуть раскачивающимся беге.

-Так просто, пешком? Может лучше было бы дать ему лошадь?

-Зачем? Ты, Джо, не знаешь этих черномазых. Аборигены могут бежать и десять и двенадцать часов, а потом еще устроить грандиозную попойку с плясками, или охоту,- так что лошадь гонять совершенно незачем.

-Такие выносливые?

-Да они крепче любого мула!

-Странно, почему же тогда так мало работников из дикарей? Они что, злы?

-Кто, черномазые? Нет, они спокойны как те же скоты! Но столь же ленивы и упрямы. Эти лодыри предпочитают уйти вглубь материка, но не работать.

-Все?

-Почти все. Наш бой,- из племени Кускусов, а это,- редкое исключение. Их еще можно заставить хоть что-то делать, а остальные,- прирожденные тунеядцы. Нет, Джо, пока в Австралии будут незаселенные территории,- аборигены так и останутся дикарями, и никакие миссионеры им не помогут!

Словно в вечной дреме молчат вокруг пустые земли. Впрочем, молчат ли? Стрекочут в траве саранчуки, в прозрачном, похожем на заблудившийся призрак, кусте безколючковой акации свистит питчуга, сухой ветерок шуршит жухлыми листьями спинифекса. Вдруг Чарли придержал лошадь,-в ложбинке меж двумя пологими холмами, несколько больших, серо-рыжих кенгуру уставились на невиданное зрелище. Ружье мигом метнулось из-за спины, раздался выстрел. Одно из животных упало, а остальные, словно очнувшись от дремоты, понеслись прочь, огромными, неправдоподобно плавными прыжками. Им вдогонку раздались новые выстрелы,- товарищи Стерта не дремали.

Крысы в фургоне на мгновение встрепенулись, и тут же снова свернулись лубочками,- как и любые звуки, порождаемые людьми, выстрелы, конечно, опасны, но не тогда, когда ты едешь в заколоченном ящике с галетами.

***

Громадины грохочут громче грома,

Но крысы спят, в схоронках потаенно

Метки. Перевод с Лингва Ратта (крысиного).

***

Путники подъехали к трем кенгуровым тушам оставшимся на земле. Билл, Филлип и Чарли соскочили на землю, доставая из ножен на поясе ножи, а от фургонов радостно крича, и размахивая руками, уже бежало еще несколько человек. Картограф тоже спешился:

-Мы что, будем их есть?

Билл хохотнул:

-Обязательно! Кенгурятина,- не хуже оленины!

-О да!- поддержал товарища Филл,- Когда передохли мои последние овцы, я только ею и питался. Бог не дал Австралии рогатых оленей, но зато тут в изобилии сумчатых!

Джо провел рукой по короткому меху животного и удивленно посмотрел на ладонь,- на ней осталась какая-то рыжеватая пыльца.

-Они какие-то пыльные!

Бывалые австралийцы расхохотались:

-Пыльные? Как бы не так! Это кенгуровая пудра!

-Пудра?

-Ну да, самцы кенгуру всегда пудряться. Вы что, там, в Лондоне, не знаете этого?

-Как это, пудрятся?

-Как,- не знаю,- пожал плечами Чарли,- Но только самцы рыжих кенгуру всегда такие. Я слышал, что они собирают эту пыль с каких-то растений, но сам не видал.

-Да ничего они не собирают,- вмешался Филл,- А только, что пудрятся,- это точно. Даже растирают специально тело, чтобы порошок лежал равномерно.

-И только самцы?

-Да. Это у нас, людей, пудра,- женские примочки!

-Ну и еще судейские, правда те только парики ею присыпают!

Джо вновь взглянул на ладонь,- надо же, какая удивительная земля, здесь даже четвероногие используют косметику! Хотя, кенгуру, скорее, двуногие,- точнее трехногие,- вот и эти, пока стояли разглядывая фургоны, тоже опирались на мускулистый хвост.

Пока разделывали туши, прибежал Джим.

-Хозяин, Джим нашел место для стоянки. Там много травы, есть даже деревья!

-Какие деревья?

-Те с которых опадает кора.

-Ага, эвкалипты, это хорошо, меньше будет медовок.

Медовки,- маленькие мушки. Хоть и питаются они нектаром, страшно назойливы и вонючи, так что могут даже хорошее место сделать совершенно непригодным для лагеря.

-Там нет медовок.

-А вода?

-Джим видел озеро, и вода в нем,- сладкая. Кенгуру и эму бегают туда на водопой.

Джо встрепенулся,- он помнил, что на карте, вернее примерном обрисе, никаких водоемов не было. Вот и первое открытие, пусть пока небольшое. Одно жаль,- во главе экспедиции,- этот солдафон и неуч, Стерт, а значит вся слава первооткрывателя достанется ему. Хотя, как знать, места вокруг дикие, опасные,- всякое случается.

До оазиса, обнаруженного Пересмешником. экспедиция добралась только когда Солнце уже клонилось к западу. Место, и впрямь было замечательным,- вода, кустарники, буйно цветущие желтыми сережками, немного похожими на крохотные ершики для мытья бутылок, много травы. В зарослях эвкалиптов нашлось даже несколько сухих лесин для костра.

Ночью, когда в лагере все стихло, крысы осторожно выбрались из щели в галетном ящике, спрыгнули с настила фургона на землю. Галеты-галетами, но нужно немного и поразмятся, да и травки позубрить охота. Конечно, зверьки не набросились на незнакомую зелень как овцы,- как знать, как поведет себя чужая растительность в крысиных желудках, однако немного все же погрызли, на пробу. Зато брошеные у кострища обрезки моркови смели за милую душу,- харч знакомый, хороший.

Одному из двух подчиненых крысачков повезло: он нашел кусочек жаренного кенгурового хрящика. Только собрался полакомиться,- подошла одна из самочек. Пришлось уступить,- благовоспитанный зверь не будет спорить с дамой, тем более на сносях.

Крысы еще немного покружили между фургонами, похлебали водицы из озерка, подобрали овес, просыпавшийся из подвешенных жестяных кормушек для лошадей,- не пропадать же добру,- и шмыгнули назад в галетный ящик, домой.

***

Бывают славные места,

И с этим я не булу спорить,

Но в злобном мире столько горя,

Что расплескалась чернота

В унылом, сумрачном узоре,

И ночь покорно мраку вторит,

И холодок дрожит на коже,

А тишь схоронки,- как мечта,

Где неизвестность не тревожит

На шорох тишины похожа,

Сквозь мрак стозубый и сторожий

Размышления. Перевод с Лингва Ратта (крысиного).

 

Hosted by uCoz